Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу


Райс Патриция - Бумажная луна Бумажная луна
Мир литературы

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Литературный портал Booksfinder.ru
Последние комментарии
оксана2018-11-27
Вообще, я больше люблю новинки литератур
К книге
Professor2018-11-27
Очень понравилась книга. Рекомендую!
К книге
Vera.Li2016-02-21
Миленько и простенько, без всяких интриг
К книге
ст.ст.2018-05-15
 И что это было?
К книге
Наталья222018-11-27
Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни
К книге

Бумажная луна - Райс Патриция - Страница 1


1
Изменить размер шрифта:

Патриция Райс

Бумажная луна

Глава 1

Нью-Мексико, май 1885 года

Таунсенд высыпал содержимое кисета на бумаги, которые усердно изучал его напарник.

— Здесь, — объявил он с уверенностью в голосе.

Разровняв песок по бумаге, Маллони двумя пальцами осторожно взял маленький золотой самородок и посмотрел сквозь него на солнце. В этот краткий миг опасный огонек азарта вспыхнул в зеленых глазах Питера. Он с благоговением положил самородок на стол. Тень от широкополой шляпы скрадывала его лицо, выражение которого и всегда-то было трудно понять.

— Нам надо убедиться в том, что жила идет вглубь. Гора недешево стоит.

Несмотря на грубую простую одежду — кожаный жилет и вылинявшие штаны из плотного хлопка, — культурная речь Маллони выдавала в нем выходца с востока.

— Возьми свою лопату! Кажется, я наткнулся на поверхностный слой. Основная залежь глубже.

Двое мужчин взяли свое снаряжение из палатки и решительно двинулись в гору, поросшую ельником. Они были одного роста, но Таунсенд выглядел старше и полнее. Его щетинистые темные усы скрывали нижнюю часть лица, а верхнюю затеняло мексиканское сомбреро. Рядом с щеголеватым Маллони — гладко выбритый квадратный подбородок и безупречно чистый «стетсон» — Таунсенд смотрелся чуть ли не голодранцем. Однако внимательный человек заметил бы под его сомбреро ясный решительный взгляд, тогда как в кошачьих глазах Маллони светилось отчаяние человека, стоящего на пороге преисподней.

На следующее утро Маллони собирал седельные сумки, а Таунсенд складывал палатку, — Я могу накопать столько, что через три месяца куплю всю эту чертову гору, — заявил Таунсенд.

— Если ты придешь к старику и попытаешься расплатиться золотом, тот сразу догадается, где мы его взяли, и передумает продавать гору. Сейчас он принимает меня за богатого чудака, которому некуда деньги девать и потому одержимого бредовой идеей разводить мустангов. Не будем разубеждать старика. Ты ведь знаешь, что бывает, когда кто-то по неосторожности пустит слух про жилу. Оставшихся денег тебе хватит, чтобы прожить здесь до моего возвращения. Только смотри не плати золотом!

Таунсенд нетерпеливо кивнул и с явным беспокойством спросил:

— Где ты собираешься найти столько денег, сколько он просит за гору? Разве что встретишь по пути дерево, на котором растут доллары. По-моему, хозяин просто наживается за счет желающих купить его чертову гору: получает задаток и отдает людям гору на три месяца, а потом, когда они не могут выплатить остальную сумму, дает им от ворот поворот и продает гору следующему. Что и говорить, ловкий жулик!

— Вряд ли, кроме нас, найдутся еще дураки, которые пожелают купить гору. Не волнуйся, когда подойдет срок, нам, наверное, даже удастся уговорить его сбавить цену. Так что давай разрабатывай жилу, а я поеду искать деньги. Как только мы выплатим всю сумму, старик уже никак не сможет помешать нам вывозить отсюда золото. Думаю, я найду желающих рискнуть своими деньгами, вложив их в это предприятие, сулящее быструю прибыль.

— Похоже, рудник глубокий. Чтобы добраться до материнской жилы, нам понадобятся крепежный лес, рабочие и техника, — предупредил Таунсенд.

На этот раз нетерпеливо перебил Маллони:

— Мы купим все это на то золото, которое ты накопаешь, пока меня не будет. Не беспокойся так, Таунсенд! Этот род бизнеса мне знаком. Ты уверен, что справишься здесь один?

Таунсенд сплюнул и довольно грубовато заверил напарника:

— Да, по мне, уж лучше одному, чем с каким-нибудь Жадным Гасом, который при первом удобном случае всадит мне ножик в спину. Мы с тобой не раз обжигались, Маллони, хватит! Сейчас мы верно решили: только нас двое, и больше никого. Смотри только не забудь, что я здесь, пока будешь развлекаться с девочками!

Маллони растянул рот в кривой усмешке, которая несколько оживила каменное выражение его лица:

— На свете нет такой женщины, которая заставила бы меня забыть про золото. Если повезет, я вернусь еще до того, как ты обработаешь первую партию.

С этими словами Маллони пустил коня вниз по каменистому склону. Впереди, над редкой полосой деревьев, только начинало всходить утреннее солнце.

Маллони ехал молча, не понукая своего породистого жеребца. К седлу, так, чтобы можно было легко достать, крепилась магазинная винтовка, на поясе висел «кольт» последней модели, а глаза внимательно вглядывались в каждое пятнышко на пути. За пять лет жизни, полной опасностей, он узнал столько подлых штучек и грязных подонков, сколько иной не узнает за всю свою жизнь. Маллони научился выживать, хоть наука эта далась ему нелегко.

Он не часто задумывался над годами, потраченными вместе с тысячами таких же голодных мужчин на поиски золота. Он побывал в Калифорнии, в Колорадо, в Индии, собирался рвануть вслед за толпами искателей приключений в Южную Африку, но в конце концов забрал те жалкие крупицы, которые с таким трудом нашел, и вернулся домой. Вернее, не совсем домой — уж туда-то он никогда не вернется. Просто Маллони снова приехал в те штаты и к тем горам, где когда-то начинал. Теперь он был старше, мудрее, но хотел все того же, только одного: стать богатым, и добиться этого своими собственными руками, без помощи своей семейки.

На этот раз цель была совсем рядом.

Питер вел своего жеребца вниз по склону, и близость победы разжигала его самолюбие. Золото! Оно здесь, и никто не знает о нем, кроме Таунсенда.

Маллони познакомился с Таунсендом в Индии, однажды спас его от смерти и притащил сюда, пока тот еще горел в лихорадке. Теперь этот человек готов жизнь положить за Маллони, но ему нужна не жизнь Таунсенда, а его знания. Таунсенд-инженер и Маллони-финансист отлично дополняли друг друга. Вдвоем они не только отыщут золото, но и продадут его, не рискуя быть обманутыми или зарезанными в собственных постелях. На всем белом свете эти двое мужчин доверяли только друг Другу.

Конь вступил в долину, и Маллони немного расслабился в седле. Будучи городским человеком, он находил этот способ передвижения не самым удобным. И хотя научился управлять горными лошадками, мулами и даже слонами, он часто вспоминал гордых гнедых коней, запряженных в элегантные экипажи, в которых разъезжал когда-то, когда еще не понимал, насколько испорчен.

Ту жизнь Маллони оставил, и без сожаления. Таков был его выбор. Он ненавидел ощущение внутренней коррозии, которая разъедала его каждый раз, когда принимал деньги отца. Никогда в жизни Питеру еще не было так мерзко, гадко и стыдно, как в те минуты, когда он, в шелковой рубашке и дорогом сюртуке, стоя в спальне своих родителей, выслушивал известие о том, что у него есть, оказывается, старший брат — брат, которого бросили из-за его врожденной хромоты. Глава семейства считал, что такое уродство не украшает. При мысли об этом Маллони до сих пор пробирает холодный пот. Тогда у него впервые открылись глаза на жестокость и лживость отца. А вслед за этим — новые открытия, одно страшнее другого. Он понял, что провел свои юные годы подобно пиявке, сосущей кровь беспомощных жертв.

Вот почему Питер и теперь не желал думать о прошлом. Не желал вспоминать о богатстве, оставленном в родительском доме, богатстве, по праву принадлежавшем старшему брату. Не желал думать о тех, чьи судьбы разбились из-за алчности его отца. Не желал думать о семье, которую бросил, своих братьях, которым выпало на долю по кусочкам собирать свои разрушенные жизни. Маллони был им не нужен.

Прожив двадцать пять лет во лжи, он должен был уйти, надеясь только так спасти свою душу.

Правда, порой Маллони казалось, что у него никогда и не было души. Найдутся люди, которые это подтвердят. Вместо того чтобы искать свою душу, он искал и нашел то, к чему стремился. Теперь он снова будет богат, но заработает это богатство своей головой и своим трудом. Цель, заветная цель, уже сверкала и переливалась на горизонте золотым блеском.